До последнего слова. Тамара Айленд Стоун
про этот план, ладно? Не хочу обижать Хейли.
О да. Само собой, не хочешь.
Вырываю ладонь из ее пальцев.
– Мне пора в бассейн на тренировку, – говорю я.
Алексис мрачнеет, но быстро берет себя в руки, натянуто улыбается, а голос повышает на целую октаву.
– Да, конечно. Завтра в девять. Мы за тобой заедем.
И уходит в противоположную сторону. Мне одновременно и стыдно перед Хейли, и не терпится провести день в шикарном спа с подругами. Там точно будет весело. К тому же я хотя бы раз перестану быть пятой лишней.
Я стою на краю трамплина и всматриваюсь в третью дорожку. Большой палец трижды пробегает по шершавой поверхности бортика. Жду, пока тренер даст свисток.
Свисток раздается, и мое тело реагирует в точности так, как и должно. Ноги сгибаются в коленях, руки вытягиваются вперед, пальцы врезаются в поверхность воды за считаные секунды до того, как она орошает мне щеки. А потом повисает тишина.
Активно работаю ногами под водой, стараясь подстроиться под ритм воображаемой песни, но она так и не начинает звучать. Выныриваю и начинаю плыть баттерфляем, но движения получаются вялыми, смазанными, и, когда я наконец доплываю до конца бассейна, разворачиваюсь и вновь отталкиваюсь от стенки, я замечаю, что отстала от остальных по меньшей мере на четыре гребка. Выбираюсь из бассейна и встаю в конец шеренги.
Джексон Рот смотрит на меня через плечо.
– Что-то тренер сегодня не в духе, скажи?
– Похоже на то.
С началом учебного года наша группка ощутимо сократилась. А когда у всех появится еще больше факультативов и домашних заданий, на командные тренировки вообще почти не останется времени. И я с нетерпением жду этого. Мне больше нравится приходить в бассейн по вечерам и плавать под звездным небом вместе со взрослыми. Они никогда не лезут с лишними расспросами.
Прижимаю пальцы к вискам, пытаясь не обращать ни на кого внимания, глубоко дышу и стараюсь сосредоточиться. Когда подходит моя очередь, поднимаюсь на трамплин, трижды провожу пальцем по его краю и ныряю, ожидая, пока в голове не заиграет песня – какая угодно.
И она наконец начинает звучать, правда, я ждала чего угодно, но только не ее. В голове проносится мелодия, которую накануне играл Эй-Джей, и к моменту, когда я выныриваю на поверхность, я уже твердо знаю, что же поможет мне пересечь бассейн в этот раз. Подстраиваюсь под ритм и стремительно плыву по своей дорожке, а потом разворачиваюсь, с силой отталкиваюсь от стенки, вскинув руки над головой и чувствуя мощный приток адреналина каждый раз, когда выныриваю из воды.
Мелодия отчетливо звучит в голове, но когда я пытаюсь припомнить слова, у меня ничего не получается. Лучик мой… По-моему, он тогда пел о закате. Там были строки о солнце, ласкающем кожу, и еще о какой-то щели – в заборе или еще где-то.
Как же он пел…
Я не оставляю попыток вспомнить слова его песни даже в ду`ше, куда захожу смыть хлорку. В раздевалке я совсем одна, поэтому начинаю напевать себе