Мост Серафина. Хроники отвергнутых территорий. Игорь Гречишников
восемь бутылок. Каждая..сколько? Мануэль?
– Луис брал по триста чиво.
Отсчитывая деньги, я спросил:
– Охра сюда придет?
– Нет. Они с Бертой не особо ладят.
Я вытащил одну бутылку, и поднес ближе к свету.
– Все как положено..Этикетка из старой купюры в 10000 Круз, вот роспись Луиса.
Я переложил бутылки в свой рюкзак, тщательно заворачивая каждую в тряпье, и одну оставил перед собой на столе.
– Э нет, – сказал мне Мартин.-Не надо этого делать.
– Чего не надо делать?
– Он хочет тебе сказать, что в эту ночь в этом доме не надо пить Черный Россомарш.
– Я только попробую!
– Пусть пьет. К тому же он ждёт Луиса, а с Фермером Луисом сейчас говорить надо, держа в руке стакан. Да ты и сам это знаешь, чего я тебе рассказываю!
Я аккуратно вытащил пробку, наполнил мятую железную кружку и отхлебнул.
Терпко, кисло- сладко, в нос бьёт лежалой травой… Ничего особенного.
– Ничего особенного- вслух сказал я. Сидящий напротив усмехнулся.
Я обвел взглядом все помещение, все эти облупленные каменные стены, лопаты, тачки, лестницы, канистры, связки шлангов и проводов. Потянул носом запах сырой земли и влажного сена и засмеялся.
– Вот объясните мне, – произнес я весело.– Оно того стоило? Лететь за 50 миллионов световых километров, чтобы здесь, в новом мире опять жрать баранину с чесноком и стрелять друг в друга из пушек. А?
– Чем тебе не угодила баранина?
Я смотрел в кружку, обдумывая ответ, и в этот момент услышал тихий и очень отчётливый звук, который шел из темноты двора, куда выходили ворота сарая.
Я поднял глаза на своего собеседника, и звук раздался снова, и тут я узнал его и вспомнил – это был обычный, дребезжащий от старости велосипедный звонок.
Меня разбудил надсадный, беспокойный звук. Я поднял тяжелую голову и через лобовое стекло увидел рассветное серое небо и глухую стену холмов. Ветер бросал в стекло горстья пыли и сухой травы, вокруг стояла тишина. На капоте «Резерфорда» сидела Охра, дымя сигаретой. Мой «Шнейдер» не унимался, продолжая ритмично гудеть
Охра отбросила окурок и заглянула в салон.
– Тебя вызывают.– выдернула из-под мешка телефон и придвинула к моему носу.– Ответишь?
Я забрал «Шнейдер» и опять спрятал его в баул.
– Дай воды, а?
Пока я хлебал остатки ледяной воды, скосив глаза, украдкой рассмотрел Охру. За ночь ее лицо стало темным, печальным, угловатым, глаза она спрятала за глухими» рефлекто», в уголках рта пряталась ночная печаль.
– Тебя привез Мартин- горняк на тачке, – хрипло сказала она, не дожидаясь моих
вопросов.-И рюкзак с» Россо» он тоже привез. Нормально ты его набрал, только не вздумай им похмеляться.
– Я видел Луиса ночью.
Охра сидела спиной ко мне, и я заметил только как поднялись ее плечи от моей фразы.
– Хорошо, – сказала она глухим голосом.-Хорошо… О чем вы договорились?
– Он сказал, что увидимся утром… в этом..Как его. Место наз